Исторические корни образа деда мороза на русском
Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Суббота, 03.12.2016, 22:39
Приветствую Вас Гость
Главная » 2013 » Февраль » 20 » Исторические корни образа деда мороза на русском
10:55
 

Исторические корни образа деда мороза на русском

Исторические корни образа Деда Мороза на Русском Севере

2 января 2012 - Александр Морган

Исторические корни образа Деда Мороза на Русском Севере

Образ Деда Мороза, как отмечают такие известные исследователи индоевропейской мифологии как В. В. Иванов и В. Н. Топоров, отражен во всех славянских традициях, в той или иной мере. «Мороз, Морозко - персонаж славянского сказочного обрядового фольклора... У восточных славян представлен сказочный образ Мороза-богатыря, кузнеца, который «сковывает воду» железными морозами...

Стужа

Обрядовые представления, лежащие в основе этих образов, сохранились у восточных славян в ритуале кормления Мороза накануне Рождества и в Велик день киселем», что связывается с обычаем кормления этим ритуальным блюдом дедов-покойников, пишут они во 2-ом томе энциклопедии «Мифы народов мира».

Дед Мороз, как персонаж русских народных сказок и обрядов, связан с тем периодом, когда «солнце поворачивает на лето, зима на мороз», то есть с зимним солнцестоянием. Он Владыка зимнего холода и в этом своем качестве он, прежде всего Повелитель Вод, которые именно в зимние холода предстают перед людьми во всех своих ипостасях: снега, льда, инея, пара, тумана и текущей подо льдом воды рек, озер и морей. Дед Мороз сковывает льдом водоемы, покрывает снегами леса и пол я, украшает снегом и инеем ветви деревьев. Будучи Владыкой зимы, Дед Мороз несет с собой не только холод, снег и лед, но и ночь, тьму, так как световой день зимой в северных широтах предельно короток, а ночь велика (не говоря уже о трехмесячной полярной ночи). Как Владыка Ночи Дед Мороз повелевает звездами и Луной, ему подчинено зимнее небо, он украшает его сполохами Северного Сияния.

Его богатство - серебро, алмазы, жемчуг - все, что связано в традиционных представлениях с чистотой, холодом, лунным светом, слезами и магией. Не случайно, как отмечает академик Б. А. Рыбаков, на серебряных славянских украшениях, вплоть до XII - XIII веков христианской символики никогда нет. Возможно, это связано с тем, что издавна серебро ассоциировалось с Луной, лунным светом, лунными культами, а во многих алхимических текстах его прямо называли Луной.

Связанный с серебром, лунным светом, луной и ночью, Дед Мороз непосредственно связан и с «тем светом» - миром предков. Общеизвестно, что у многих народов Европы Луна считалась «Солнцем мертвых». Дед Мороз -Владыка Вод и Владыка Ночи, звезд и луны даже именем своим свидетельствует о связи с миром умерших. Ведь недаром столь близки слова «смерть, морена, морана», «море» и мороз». Умереть - равносильно понятию «остыть», «околеть», то есть замерзнуть. Здесь стоит отметить, что у всех индоевропейских народов Европы празднование Нового года отмечено проведением карнавалов с ряжеными. Ученые предполагают, что само происхождение слова «маска», а это один из главных компонентов ряженья, связано с культом предков, так как слово «глазка» означает «душа мертвого». Итальянский этнограф Паоло Тоски считает, что карнавал, как главный праздник начала года, предполагал возвращение в наш мир на эти дни существ загробного мира, мира предков. В русской традиции, кроме ряженья, как было отмечено ранее, существовал обычай, по которому накануне Рождества старший в доме высовывался с печи в волоковое окно или выходил на порог с ложкой овсяного киселя и звал: «Мороз, Мороз! Приходи кисель есть!». Даже в наши дни старики и старухи в северорусской глубинке на вопрос, кто такой Дед Мороз, отвечают: «Это наши предки, родители». Овсяный же кисель - специфическое ритуальное блюдо, связанное с поминальной обрядностью.

Таким образом, подводя итог, можно сказать, что русский Дед Мороз это: Владыка Вод во всех их проявлениях (снег, иней, лед, пар, вода); Владыка Ночи и ее атрибутов - звездного неба, луны, полярного сияния, мрака; Владыка Серебра (символа луны, лунного света, магии, сакрального знания); Владыка мира предков и Дед, то есть прапредок.

Такой архаический образ, естественного, мог сложиться только в глубокой древности и это его имя «Дед Мороз» скорее всего, заменило собой более древнее, табуированное или преследуемое христианской церковью.

Говоря об исторических корнях образа Деда Мороза, мы не можем не обратиться к такому интересному и в целом забытому персонажу славянской мифологии, как Троян. Трояна, запечатленного в «Слове о полку Игореве», которого часть исследователей связывает с римским императором Марком Ульпием Траяном, другие исследователи считают древнеславянским божеством Луны, получившим свое имя от трех фаз, проходимых этим светилом. С Трояком в народной традиции связывались представления о зиме, снеге, сугробах, снежной белизне и тропах, протоптанных дикими турами. Ю. М. Золотев пишет:

«На Руси хозяином зимы, по-видимому, считался рогатый месяц... В глубокой древности месяц, видимо, обожествлялся в виде быка или тура». Но Троян был не только богом зимы, снега, дорог. Будучи богом луны, он не принадлежал целиком к кругу светлых, благостных богов древних славян. Связанный с культом предков и плодородия, Троян был также божеством ночного мрака, темных сил и ужасов. И еще он был великим судьей, тем, кто награждает и наказывает и живых, и мертвых. Не случайно в народной традиции путь на «тот свет» - Млечный путь - зовут «тропою Трояновой».

На Севере Руси в дохристианский период аналогом Трояна было божество, носившее имя Велеса (Волоса). Б. А. Успенский отмечает, что в Великий четверг на страстной неделе совершали обрядовую «окличку» мертвых. «В этот день рано утром жгли солому и кликали мертвых» (Стоглав, 1890, с. 193). Тогда же хозяйки кликали скотину по именам в печную трубу. Но в этот же день «окликали» Мороз с приглашением его на трапезу и просьбой не бить урожай. Б. А. Успенский отмечает, что Мороз «обнаруживает несомненную связь» с Велесом-Волосом. При этом культ Велеса-Волоса был характерен именно для Русского Севера. В древнерусских источниках (договор русских с греками 907 г.) Велес определяется как «бог всей Руси», в отличие от Перуна, бывшего только богом княжеской дружины. Основа «Велес-Волос» в русском языке используется для обозначения власти. «Велес» - повелитель, распорядитель, указчик; «волосить» - властвовать. Именно к Велесу обращались с просьбой дать больше зерна, скота, детей, защитить от огня и злого человека. Звезды, в частности Плеяды, в древнерусском языке - «волосыни, волосожары, власожелищи». Велес (Волос) владыка вод. Так в «Сказании о построении града Ярославля» говорится: «невернии сии человецы моли слезно своего Волоса, да низведет дождь на землю» (из чего следует, что Волос-Велес давал дождь и распоряжался небесными водами). Кроме того, ему подчинялись звезды. Именно Велеса-Волоса в «Сказании о построении града Ярославля» просвитер церкви пророка Ильи, «узре плач и воздыхание многое», называет «богом вашим». В том же «Сказании» говорится о том, что Велесу-Волосу был «сотворен» храм и дан волхв, который поддерживал неугасимый огонь. По дыму «жертвенного воскурения» волхв постигал тайны будущего и затем вещал от имени Велеса. Но если священный огонь угасал, то самого жреца приносили в жертву тому же богу. Б. А. Успенский пишет: «Это место «Сказания» наряду с названием Бояна «Велесовым внуком» в «Слове» остается косвенным доводом в пользу связи Волоса-Велеса с традицией шаманско-поэтического синкретического действа». В свете севернорусских терминов, типа «волхат, волхит, волхатка - ворожея, можно рассматривать термины - волшба, волшебный, волхв как связанные с культом Велеса-Волоса. В жертву Велесу приносили в особых случаях «тельца и телицу» и называли его «грозным богом». Белее был на Русском Севере в древности покровителем скотоводов и земледельцев. Так, еще во второй половине XIX века в Череповецком уезде Новгородской губернии существовал, описанный Е. Барсовым, обряд: «Когда выжнутся, оставляют на поле небольшой кустик колосьев и говорят одной жнее: «Ты верти бороду Волосу, или Велесу, другояко скажут». Та три раза ходит около куста и, захватывая серпом пряди по 30 колосьев, припевает:

«Благослови-ка меня, Господи, Да бороду вертеть: А пахарю-то сила, А севцу-то коровай, А коню то голова, а Микуле - борода».

Б. А. Успенский отмечает: «Волос и Никола выступают здесь как эквивалентные наименования, причем замечательно, что обращаясь друг к другу, говорят о Волосе, но обращаясь к Господу - о Николе». Такая ситуация не случайна, ведь «христианские святые - в их числе св. Николай - оказались заместителями, языческих богов... Процесс замещения языческих богов христианскими святыми весьма типичен и характеризует не только славянские страны, однако для исследования славянского язычества он особенно важен». Исследования Б. А. Успенского убедительно доказывают - на Русском Севере в процессе христианизации Святой Николай или Никола (Микола) заменил собой древнего бога Волоса-Велеса. Общеизвестно, что Никола (св. Николай) занимает совершенно исключительное место в русском религиозном сознании. Это особое положение Николы на Руси постоянно отмечалось иностранцами, приезжавшими в нашу страну в XVI - XVIII веках. Они констатировали, что русские воздают Николе поклонение, приличествующее самому Богу. Так, в XVII веке некий инок Афанасий заявлял, что «Николу... аки Бога почитают в православии». С. Москевич писал в 1609 году, что «в случае... убедительной просьбы русские молят не ради Бога или Христа Спасителя, породи Николы». Еще в конце XVIII в. встречались священники, «исповедующие Никола как Бога». Де Ту, оказавшийся в России вначале XVII в., удивлялся тому, что праздник Николы вешнего (9 мая) суеверные москвичи предпочитали самой Пасхе, а другой иностранец - Мартин Берг, также в начале XVII века сообщал, что «Вербное воскресенье... после Николина дня считается (у русских) важнейшим праздником». Феофан Прокопович отмечал, что простолюдины «Святого Николая боготворят» и «память Святого Николая выше Господских праздников ставят». В духовных стихах можно было встретить такие обращения, как «Святитель Микола, силен Бог наш», или «От желания ты господу помолисе, тому ту Миколы да со сьлёзамы...». Именно к Николе обращались с такой формулировкой: «Дай-ко Господи-Владыко, Свет-ты милосливой». Отметим, что еще в XVI - XVII веках русские избегали давать при крещении имя Николай и связывали это с тем, что нельзя было окрестить ребенка именем Христа или Богородицей. Иностранцы, жившие в России в XVII веке, любую русскую икону называли «Николаем».

Еще раз отметим, что культ Николы, как и культ Волоса-Велеса, характерен именно для Русского Севера. (Для юга России более характерен был культ Св. Георгия - Егория). Как и у Велеса-Волоса, функции Николы в народном сознании были предельно многогранны.

Он - покровитель скота. В случае падежа давался обет «повеличать Миколе», которому обещали новорожденного бычка, называвшегося Миколец. Его растили три года, причем для откармливания микольца перед заклинанием собирали зерно со всей округи. Лучший кусок мяса от этого бычка жертвовали Николе в церковь, остальное съедали всем миром, справляя т.н. миколыцину. Празднование микольщины было связано с молебном и окроплением скота святой водой. Здесь имеет смысл вспомнить сообщение византийского автора VI в. Прокопия, который писал о славянах, что «только бога - творца молний чтут они владыкой над собой и приносят ему в жертву быков ». Общеизвестно, что персонификацией молнии в славянском язычестве был Перун (именно так «перун» в некоторых диалектах называют молнию). Как воплощение разящей силы оружия, Перун был богом княжеской дружины. Но Творцом молнии был, судя по всему, Верховный бог Велес-Волос, творец перунов - молний, которого в христианском русском сознании заменил Святой Николай. Отметим, что во время праздника «Волося» или «Волосье» (конец XIX - начале XX в.в.) в четверг на масляной неделе «рабочий скот освобождался от работы и перед закатом солнца объезжают «молодого бычочка, обо жеребчика». В этой связи характерна и повесть «Чюдо святого Николы, чюдо еже о быке», составленная на Печоре в конце XVIII - начале XIX в.в., посвященная мотиву жертвенного быка.

Никола (и Волос-Велес) - покровитель земледелия. Здесь стоит вновь вспомнить ритуальное завивание жнеей в Череповецком уезде бороды Волосу-Велесу (Микуле) на хороший урожай, о котором говорилось ранее. 10 мая, когда праздновались «именины земли», в народном сознании они связывались с образом Николы (Велеса). Показательна русская поговорка: «На поле Никола - общий бог» или «На поле Никола один бог».

Никола (как и Велес-Волос) - владыка вод и земных, и небесных. Так Б. А. Успенский отмечает, что на Русском Севере Николу называли «апостолом Туча-Грозная» (т.е. туча, порождающая гром и молнии о чем говорилось выше). Никола орошает поля росой, «Дождь в Николин день считается особенно благоприятным предзнаменованием... велика милость мужику на Николин день, когда поле польет дождичком». Будучи связанным с реками, озерами, морями и водами вообще Никола является в русском религиозном сознании «морским богом» (отсюда храмы Николы Морского). Так в былине о Садко говорится: «Да змолился Садко да Господу Богу, как тому-то нынь Миколы нынь святителю», или в былине о Михаиле Потыке: «Порукою давал мне Спасов образ Святителя Николу Чудотворца». Есть свидетельства того, что «по мнению раскольников, на водах почиет дух, которому поклоняются они не только над колодцами, но и в домах над чанами, наполненными водою; в те и другие бросают они серебряные деньги». Стоит обратить особое внимание на то, что у славян встречается поверье, что тонущего человека нельзя спасать, т.к. утонуть - счастье, символ избранничества и по воде душе легче всего попасть на тот свет. Б. А. Успенский приводит старочешское выражение «K Velesu za more» (к Велесу - за море), относящееся к смерти и означающее, собственно, «на тот свет». Интересно и то, что на Русском Севере при пожаре обходят горящий дом с иконой Николы в руках, говоря: «Святитель и Христов отце Никола, спаси и помилуй, загаси огонь» (эта запись была сделана в 1980 году в деревне Поньгома, Кемского района Карелии).

Никола (как и Велес-Волос) связан с миром предков, тем светом. Он Владыка в царстве мертвых. Так Б. А. Успенский, говоря о тризне (поминальной трапезе), отмечает связь слов «тризна, тризница» с закланием трехгодовалого жертвенного бычка «микольца ». В качестве одного из пережитков тризны следует рассматривать сохранившийся на Русском Севере похоронный обычай, когда родственники покойного жертвовали корову какому-либо бедняку, приговаривая при этом: «Коровку покойника», или же отдавали ее в монастырь. Забегая немного вперед, отметим, что этот обычай, судя по всему, идет из глубочайшей древности, т.к. в Индии сохраняется аналогичный обряд, когда по смерти человека его родственники жертвовали черную корову (связанную с символикой ночного неба) жрецу-брахману, статус которого аналогичен статусу нищего или монаха. Один их праздников, посвященных св. Николаю, соотносится на Руси с Великим четвергом. Именно к этому дню был приурочен убой скота, который, вероятно, восходил к обрядовому жертвоприношению Волосу. Для этого дня также характерно ритуальное омовение людей и скота («чистый четверг»). Обычай мыть избу в этот день может быть соотнесен с обычаем мыть избу после покойника. Соль, пепел и зола Великого четверга сохранялись, и им приписывалась целебная и плодоносная сила. Уже отмечалось ранее, что Никола является покровителем скота, но Велеса-Волоса также постоянно именуют «скотьим богом». Эти функции Велеса-Волоса (и Николы) соответствуют общеиндоевропейскому представлению о загробном мире как пастбище, где Бог пасет души умерших. В Великий четверг, на страстной неделе совершали обряд «окликания» или «оклички» мертвых. В этот день рано утром жгли солому и кликали мертвых (Стоглав, 1890, с. 193). Но, повторяем, в этот же день, посвященный Николе, окликали обрядово Деда Мороза и приглашали его на трапезу с просьбой не бить урожай. Заметим, что сам термин «дед» в древности относился только к предку, а в обыденной речи был запрещен и заменялся обращением «дядко» или «дедко».

Таким образом, Дед Мороз обнаруживает несомненную связь с Велесом-Волосом и Николой.

Велес-Волос в народных представлениях связан с золотом, серебром, с идеей обилия, накопления прибыли. Он может быть представлен «золотым человеком, огромного роста дедушкой». Волос-Велес одет в золотые или красные (изначально) одежды, но еще Данилов в 1909 г. указывал на связь в народных обычаях красного цвета и смерти, причем, между золотом и кровью, золотым и красным в народных представлениях ставится знак равенства. Заметим в этой связи, что св. Николая часто называют «Микола Золотой» и это, пожалуй, один из немногих христианских святых, иконные изображения которого иногда выполнялись на красном фоне. Никола, как и Велес-Волос выполняет важнейшую функцию плодотворящего начала и таким образом, можно сказать, что как Велес, так и Никола, связан как со смертью, так и с рождением. В связи с этим почитание Николы выражается в специальных обрядах варки и крашения яиц. Так, в Сибири, ходят в лес варить яйца и красить их на Николу Вешнего (9 мая). Варили яйца и на Николу Зимнего (5 декабря). Эти яйца в обряде связаны с культом мертвых и плодородием. Яйца варили в лесу или на берегах реки озер на Троицу, Вознесение, Петров день, 8 мая - канун Вешнего Николы. Все эти дни соотнесены с культом Белеса. Такой праздник как «Волося» или «Волосье» празднуется в четверг первой недели Великого поста. И хотя он связан в христианском календаре со св. Николаем, его название свидетельствует о более древних связях с Велесом-Волосом - Владыкой вселенной дохристианского севернорусского пантеона.

Здесь же стоит отметить и то немаловажное обстоятельство, что еще одно из имен дохристианского славянского Творца и Владыки Вселенной - Святовит трансформировалось в княжестве - Святослав. Но крестное имя Николай характерно было в раннем средневековье на Руси именно для князей, носивших имя Святослав.

Велес-Волос (как и Никола) связан в севернорусских народных представлениях с болезнью и исцелением. Так, в случае эпидемии именно в честь Николы добывали трением живой огонь.

Обычай справлять «миколыцину», о котором говорилось ранее, был связан советом, который давался в случае болезни скотины или человека. Никола нередко упоминается в русских заговорах, предназначенных для лечения болезней. Б. А. Успенский подчеркивает, что при этом Никола предстает в заговорах окруженным золотом: «На окияне-море стоит золот стул, на золоте стуле сидит св. Николай, держит золот лук, натягивает шелковую тетивку, накладывает каленую стрелу станет уроки и призеры стрелять» или «Есть море золото, на золоте море золот корабль, на золоте корабле едет святой Николае, отворяет морскую глубину, поднимает железные врата, а залучает от раба Божия (имярек) усови аду в челюсти». В отличие от других святых целителей, к Николе могут обращаться при любой болезни. Но Велес-Волос также связан с врачеванием и болезнями, некоторые из них так и называются «волосом». Здесь как Волос, так и Никола сближаются с древнегреческим Аполлоном-губителем и врачевателем, также соотнесенным с золотом. В русской народной традиции, точнее северорусской, Велес-Волос связан с прядением, ткачеством, так как нить выступает в народных представлениях и обрядовых действиях ближайшим аналогом волоса. Достаточно привести пример обрядовой свадебной песни, когда сваха расчесывает новобрачной волосы, а бояре поют: «Во поле лен, лен ветер веет, развевает». Само наименование Велеса-Волоса уже четко указывает, что средоточие жизненной силы человека - волосы, это дар и владение верховного божества Вселенной.

Но в тех же отношениях с пряжей, нитью, волосом, что и древний Велес-Волос, находится св. Николай - Никола. Это прослеживается в том, что Никола соотносится в народном сознании с покровительницей прях и пряжи св. Параскевой Пятницей, заменившей в христианском пантеоне древнюю богиню судьбы Мокошь (Макошь). Пятница - день чествования и Параскевы, и Николы. Так, например, в девятую пятницу по Пасхе, т.е. в пятницу на первой неделе Петрова поста, как сообщает Едемский, богомольцы стекались в церковь, которая носила двойное название «Николы Чудотворца и Параскевы Пятницы». Девятая пятница выступает часто в значении Семика, т.е. дня помилования «заложных» (нечистых) покойников. Именно Николу и Параскеву Пятницу, как правило, изображали в резной деревянной скульптуре. Стоит особо отметить, что в народном восприятии Параскева Пятница это «водяная и земляная матушка». При том, что в дни, связанные с почитанием Пятницы (пятница и воскресенье), запрещалось прясть, ткать и вообще что-либо свивать, так как считалось, что пряхи прядут не лен, а волосы Параскевы Пятницы или Недели, именно Никола в сказочном сюжете помогает выполнить заданную Пятницей работу - спрясть пряжу в один день.

Таким образом, подводя итог, мы можем в ряду Дед Мороз, Троян, Велес-Волос назвать еще и св. Николая. Но функции Велеса выполнял в христианском варианте не только Никола. Некоторые черты древнего Бога-Творца Велеса перешли на других христианских святых. Таковы святые Власий и Василий, а также Флор и Лавр и Козьма-Демьян.

Образ св. Власия ставили в коровниках и хлевах, для охраны скота. Вдень св. Власия окликали звезды для увеличения стада. Так в Тульской губернии, когда на небе появлялись звезды, овчары выходили на улицу, становились на руно и пели: «засветись, звезда ясная, по поднебесью на радость миру крещеному... Ты засветись, звезда ясная, на двор к рабу такому-то...», и просили, чтобы было столько овец, сколько звезд на небе. Интересно, что в Кадниковском уезде «Власьев день» отмечали три дня - 4, 5, 6 декабря, т.е. в так называемые «Николины святки», при том, что эти дни декабря и особенно день накануне Нового года явно были связаны с Велесом, Б. А. Успенский считает, что «заслуживает внимания то, что Мороз называется «Мороз Васильевич», а святой Василий и св. Власий в народном сознании, как правило, сливаются в один образ. В Вельском уезде - месте, особо отмеченном в отношении культа Велеса, в первое воскресенье за Петровым днем отмечали праздник покровителей лошадей Флора и Лавра. Но сам Петров день в древности был соотнесен с культом Велеса. Опускаясь далее вглубь времен, в поисках прообраза Деда Мороза - Трояна - Велеса, мы встречаем еще один архаический образ восточнославянской мифологии - бога Рода. Б. А. Успенский считает, что имя Род в славянском языческом пантеоне может рассматриваться наряду с названием Волос (Велес), и соотносится с «молочной» или «огненной» рекой, т. е. Млечным путем, и мировым деревом.

Академик Б. А, Рыбаков в своей книге «Язычество древних славян» пишет о нем следующее: «Самым загадочным и наименее изученным из всех славянских божеств является Род - божество, известное только восточным славянам и не уцелевшее в этнографическом материале». Говоря о культе Рода, он отмечает, как крайне интересные попытки автора «Слова об идолах» XIV в. объяснить происхождение культа Рода и найти ему аналогии в различных мировых религиях. Так Род сопоставлен в этом тексте с Осирисом, Ваалом, Аполлоном и христианским богом - творцом Саваофом. Что же общего у всех перечисленных выше богов:

ОСИРИС - «божественная первовода», связан с культом ночи. Он судья в царстве мертвых и его живым воплощением был Апис - черный бык с белыми пятнами, символ ночного звездного неба.

ВААЛ - бог плодородия и жизни, тесно связан с культом воды, влаги. Изображался в облике быка.

АПОЛЛОН - архаическое хтоническое божество, в котором сочетались различные функции, как губительные, так и благодетельные. Он был прорицателем, блюстителем гармонии космической и человеческой. Образ Аполлона соединяет воедино небо, землю и преисподнюю. Его любимым животным был бык.

САВАОФ - христианский бог - Творец Вселенной. Говоря о боге Роде, Б. А. Рыбаков отмечает, что:

Род - творец Вселенной,
Род - бог неба и небесных вод,
Род - владыка земных вод,
Род - связан с кровью, красным цветом,
Род - владыка царства мертвых,
Род - вдувает жизнь в людей,
Род - связан с огнем и молнией.

Культ Рода включал в себя использование в ритуале рогов, о которых В. М. Василенко писал: «не случайно рога стали священным предметом - они были рогами священного зверя». Он подчеркивал, что «серебряные лунницы своим блеском повторяли блеск молодой, нарождавшейся луны» и в то же время символизировали собой рога коровы или быка. Говоря о подвесках в виде странного рогатого зверя, В. М. Василенко спрашивал «не лунный ли бык перед нами?» До XIV в. сохранялся у восточных славян (в связи с отправлением культа Рода - Трояна) обряд целования серебряных лунниц, вызвавший гневную тираду митрополита Георгия: «Будь проклят тот, кто целует месяц». До наших дней дожил обряд приготовления первой опары для блинов - ритуальной еды, связанной с культом предков - из снега при свете месяца с приговором: «Месяц, месяц! Золотые твои рожки! Выглянь в окошко, подуй на опару!» Судя по тем поучениям против язычества, в которых упоминался Род и его культ, он повелевал водами, был тесно связан с ночью, луной, быком, управлял миром предков, судил, карал и награждал живых и мертвых. О нем в 1872 году сказал К. Н. Бестужев-Рюмин: «Что касается Рода, то нечего искать в нем предка... Родне есть олицетворение рода (gens), а сам создатель». Как всякое полисемантичное верховное божество, Род воплощал в себе диаметрально противоположные функции. И наряду с разрушителем Перуном, был еще и богом миропорядка, космической гармонии, выражающейся в извечном круговороте рождений и смертей, в их постоянном равновесии, а также богом счастья, плодородия и богатства. В этой своей ипостаси он удивительно тесно смыкается со «скотьим богом» Велесом-Волосом. Б. А. Рыбаков, говоря о Велесе, подчеркивает: «Велес был богом богатства, скотоводства, может быть плодовитости. Выражение идеи богатства при посредстве полисемантичного слова «Скот» (равнозначно латинскому «pecunia» скот, богатство) ведет нас в совершенно определенную историческую эпоху, когда главным богатством племени был именно скот, стада крупного рогатого скота, «говяда», т.е. в бронзовый век». И далее: «Однако, помимо указания на скотоводство и богатство, имя Велеса имеет еще один семантический оттенок - культ мертвых, предков, душ умерших».

Кроме того Род - Велес (Владыка), как и другое хтоническое божество - аналог Рода - Аполлон, был покровителем певцов, поэтов, музыкантов (что в то далекое время было одним и тем же). Не случайно великий поэт Боян назван автором «Слова о полку Игореве» Велесовым внуком. В таком своем качестве Велес-Волос явно перерастает узкие рамки летописного «скотьего бога», обращаясь в «бога богатства», воплощенного не только в «говяде», «скоте», но и богатства мудрости, знания, издавна ценившегося человечеством бесконечно высоко.

Род (как и Велес-Волос) в календарных обрядах воплощается в облике быка-тура: это вторая (начиная с новогодней ночи) половина зимних святок, посвященная зверью и скоту, и представляющая собой «велесовы дни»; это отмечавшийся болгарами второго января «воловий праздник»; это наличие в славянской святочной обрядности Тура, вождения по селам быка, название маскарадных рогатых масок «туром», прославление в святочных песнях «тура» и «турицы». Б. А. Рыбаков, отмечая связь Велеса-Волоса с зимними святками, приводит очень важное, на наш взгляд, описание святочного маскарада, когда люди «на тых же своих законопротивных соборищах и некоего Тура-сатану... воспоминают и иным лица своя и всю красоту человеческую (по образу и подобию божию сотворенную) некими харями или страшилами, на диавольский образ пристроенными, закрывают...».

Н. Н. Велецкая пишет: «Самого пристального внимания заслуживает свидетельство о том, что в старину масляничный поезд прикреплялся к саням с быком, который, таким образом, оказывался во главе процессии. Рассматривать его как обычное жертвенное животное, предназначенное к общедеревенской ритуальной трапезе, как это происходило, например, на «братчинах» в Николин день, нет никаких оснований. Невероятно это уже по одной той причине, что в масленицу - «сырную неделю» - мясо, как известно, из еды исключается». Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что бог Род поучений против язычества воплощался в облике быка и был тесно связан с ночью, ночным звездным небом и луной - «солнцем мертвых». Будучи владыкой «того света», Род - податель плодородия и жизни. Об этом свидетельствуют слова древнерусского церковного поучения: «То ти не Род, седя на воздусе мечет на землю груды (дождь, росы) и в том ражаются дети. Бог бо всему Творец, а не Род». Здесь средневековый проповедник возмущается сохранением в народе веры в то, что души умерших возвращаются на землю дождем или росой, которые бросает с неба Род. Вспомним, что в русской народной традиции заменивший Рода-Велеса св. Николай также «орошал поля росой», а «дождь в Николин день считается особенно благоприятным предзнаменованием» и «велика милость мужику на Николин день, когда поле польет дождичком». Эти представления своими корнями уходят в глубочайшую индоевропейскую древность, о чем свидетельствуют древнеарийские верования, сохранившиеся в Индии. Так индийцы считают, что «покойный идет путем предков на Луну и возвращается на Землю в виде дождевых капель, а затем рождается вновь как злаки, деревья, животные и дети».

Говоря о большом количестве реликтов древнего культа быка у славян вообще, и у восточных славян, в частности, нельзя не отметить, что в фольклорно-мифологических представлениях, обрядовой практике и изобразительных мотивах, связанных с этим культом, у восточнославянских и индоиранских народов много общего. Так Б. А. Литвинский отмечает: «В древнейших иранских мифах сохранились отзвуки представлений о водяном «быке небес» - источнике влаги, производительное могущество которого выражается в его власти над облаками, проходящими по небесам перед дождем». Вспомним вновь, что св. Николая величали «апостол Туча-Грозная», а на Русском Севере предгрозовую тучу называли «бычком». Б, А. Рыбаков, анализируя образ бога Рода, приходит к тем же выводам, что за столетие до него сделал К. Н. Бестужев-Рюмин, считавший Рода Богом Создателем, Владыкой Вселенной. Б. А. Рыбаков пишет: «для средневековых русских людей слово «Род» было всеобъемлющим обозначением Вселенной во всех ее жизненных пространственных и временных проявлениях». Таким образом, «древнего бога Рода мы должны расценивать именно как божество Вселенной».

Дед Мороз, одетый в красную шубу, серебряные сапоги, со сверкающим ледяным посохом в руке и в рогатой шапке, наказывающий и одаривающий, сопровождаемый ряжеными в рогатых масках, приходящий к людям с увешанным сверкающими звездами деревом - не слишком ли он похож на древнего бога Рода Владыку Трехликого (Рода-Велеса-Трояна), которого в процессе христианизации на севере Восточной Европы сменил Святой Николай - Микола? Тем более что в том же направлении происходили трансформации культа и на севере Западной Европы, где также древнего Бога - Владыку Вселенной (возможно Одина-Водана) сменил седой старик Сайта Клаус - святой Николай.

Но наличие такого персонажа в обрядах Нового года практически всех европейских народов заставляет искать некий общий изначальный мифологический образ, уходящий корнями в индоевропейскую древность. В этих поисках надо учитывать то обстоятельство, что подобный образ мог сложиться только там, где холодная зима и длинная зимняя ночь во многом определяли жизнь людей, вызывали страх и заставляли поклоняться тем силам, которые останавливали движение рек, замораживали все вокруг и ставили человека на грань между жизнью и смертью. И здесь стоит вспомнить, что еще в середине XIX века О. Шпигель помещал древнейшую прародину индоевропейцев на севере Восточной Европы. В середине XX века А. Шерер пришел к выводу, что прародина индоевропейцев, т. е. предков большинства современных народов Европы, находилась на широтах 50° с.ш. - 69° с.ш. в Восточной Европе. И даже после распада индоевропейской общности на рубеже III - IVтыс. до н.э. территория Восточной Европы еще долго оставалась местообитанием различных индоевропейских племен: германцы, кельты, италийцы занимали север и северо-запад; балто-славяне - северо-восток, а протогреки - юго-восток. Надо отметить, что священные тексты Древней Индии «Веды», а также древнеиранская «Авеста», помещают древнейшую прародину индоиранцев или арьев в Приполярье, на севере Восточной Европы, т. е. тех землях, которые сегодня называют Русским Севером.

Русский север

Именно здесь, судя по гимнам Ригведы и Авесты, создавались общеиндоевропейские мифы, рождались обряды и ритуалы, боги и богини «старшего поколения». Среди них особо выделяется богВаруна. Как и более поздний древнегреческий Уран (отец Хроноса - Времени и дед Дьяуса - Зевса бога сияющего древнего неба), Варуна - олицетворение ночного неба (от санскритского вар - покрывать, черный цвет), бог небесных и земных вод, миропорядка. В гимнах он прославляется как «вседержитель», верховный бог и основа мироздания. В гимнах Ригведы вода - первоначальная основа, из которой постепенно развилось все. Первичные воды носили в своем лоне яйцо, из которого появился Творец мира. В эпосе Махабхарата сказано, что в первоначальном состоянии мир был окутан со всех сторон мраком. Существовало убеждение, что все произошло из ночи, что она была первым порождением хаоса. По Ригведе «вода порождена ночью, хаосом или воздухом», «от ночи были рождены морские воды, волнистые, из морских вод вышел год, повелитель дней и ночей...» В мифах вообще сотворение земли часто начинается с грозы, наводнения или потопа. Кстати, маори на Новой Зеландии почитали «Праматерь ночь», из которой родились небо и земля. На островах Таити полагали, что первоначально была глубокая ночь, из которой возникли боги, создавшие свет. Поэтому высшие боги назывались «рожденные ночью». У Гомера ночь выступает в образе великой богини, на которую сам Зевс взирает с трепетом. Итак, Варуна - олицетворение ночного звездного неба, древнейший единый бог индоевропейцев, владыка всех вод - и земных, и небесных, и космических. В «Гимне силе богов» Ригведы говорится:

«И эта земля - царя Варуны,
И это высокое небо, чьи пределы далеки,
И эти два океана - две стороны его чрева,
И в малой воде этой сокрыт Варуна,
И кто проскользнет за пределы неба,
Не освободиться от царя Варуны.
Соглядатаи неба близятся неуклонно.
Тысячеглазые, смотрят они через землю».

В этом гимне Варуна выступает как воплощение безграничной силы богов. Его соглядатаи - звезды, которые с неба высматривают для Варуны дела людей на земле. В «Гимне Варуне» говорится:

«Того могуществом умудрены поколенья,
Кто оба мира порознь укрепил, сколь ни огромны они,
Протолкнул небосвод он вверх высоко,
Двуединым взмахом светило толкнул и раскинул землю».

О нем говорится в древнем гимне: «Варуна царь торит дороги Солнца и рек навстречу морю многоводных». В тексте «Брахман» «Сказание о Шунахшепе») перечисляются многочисленные функции Варуны:

«Твоего царства, и мощи, и рвения, Варуна,
Не достичь ни одной птице в ее полете,
Ни этим вечно текущим водам,
Ни горам, чья сила смиряет ветер.
Светлый помыслами, Царь Варуна держит
Крону дерева в бездонном пространстве;
Корни - вверх, а ветви его вниз смотрят,
Да проникнут лучи их в сердце наше.
Сотворил Царь Варуна путь широкий,
По которому Сурья (Солнце) движется в небе.
И ему безногому дал он ноги,
Варуна, отвращающий зло от сердца».

В этом же сказании говорится:

«Золотой плащ накинут на Варуну
Дорогое платье - его одеяние,
Вокруг восседают его соглядатаи»,

Вспомним, что Велес-Волос в северорусской традиции может быть представлен «золотым человеком, огромного роста дедушкой».

Еще раз подчеркнем, что в древнем арийском гимне «Варуна царь торит дороги Солнца и рек навстречу морю многоводных». Именно Варуна сотворил «путь широкий, по которому солнце движется в небе. И ему безногому дал он ноги, Варуна, отвращающий зло от сердца». Заметим, что именно с 22 декабря, с зимнего солнцестояния, начинает на севере прибывать день, так что именно с этого времени действительно «торятся дороги Солнца». Варуна - охранитель истины и справедливости, самодержец, царь над миром, владыка мира предков, податель плодородия, Праджапати - отец пряжи, т.е. хозяин судеб, покровитель поэтов и жрецов (что одно и тоже), Владыка луны - места обитания предков. Он бог магических заговоров, обладает чудесной колдовской силой и воплощается в облике быка или рогатого месяца. Ведический бог Варуна, которого многие исследователи считают древнейшим единым богом индоевропейцев - это ночь, ночное звездное небо, луна, вода, разрушительные и созидательные стихии и бык. Именно Варуна держит в руках космическое древо Вселенной, корни которого направлены вверх, а ветки вниз. На ветвях этого дерева висят звезды, обращаясь к которым древний певец просил: «Да проникнут лучи их в сердце наше!» Аналогии с новогодней елкой поразительные. Стоит вспомнить, что чудесное дерево «карколист», которое находится в сакральном пространстве «того света» - «острова Буяна» и тоже растет «вверх корнями, вниз ветвями», в русских народных заговорах тесно связано со св. Николаем (Миколой) или Белесом.

Варуна (как Никола и Белее) насылает болезни и приносит избавление от них. Обращаясь к Варуне, его называют «лучшим лекарем», которому принадлежат все целебные средства. Так в «Атхарваведе» говорится:

«Ты лучшее из целебных средств,
Прекраснейшее из растений,
Словно Сома (Луна - С.Ж.) - господин в часы ночи,
Словно Варуна среди богов».

Надо отметить, что Сома - не только Луна, но и ритуальный хмельной напиток - смесь пива, меда и молока. И именно Варуна в паре с Митрой - богом дневного неба и социальной организации людей - «договора» связаны в гимнах Ригведы изначально с этим священным напитком древних арьев. Обращаясь к ним, говорили:

«Да будет этот сома самым благодатным,
Для Митры, для Варуны, (он) участник попоек
Бог, (их) участник среди богов.
Да насладятся им все
Боги сегодня единодушно!»

В другом гимне, посвященном Митре-Варуне, говорится:

«Мы его выжали - приходите - камнями.
Смешаны с молоком пьянящие эти,
Соки сомы пьянящие эти.
О два царя, касающиеся неба,
К нам, сюда, приходите!»

Возвращаясь вновь к славянскому Николе, заменившему древнего Велеса-Волоса, аналога Варуны, отметим, что на Русском Севере существовал обычай чествовать Николу на братчинах пивом. Именно Николу называли на Руси «пивным богом». Свидетели отмечали, что пьянство в Николин день имело повсеместный и ритуальный характер. «Они (русские) считают неприличным и непристойным не упиться в этот день вином или водкою». Отсюда глагол «николить» в значении «пить, гулять, пьянствовать», наниколиться - «напиться пьяным, празднуя Николин день». Б. А. Успенский отмечает, что «участие в братчинах имело вообще ярко выраженный религиозный характер: знаменательно, что в допетровской Руси отлучение от церкви лишало как права входа в церковь, так и равно и права присутствовать на братчинах и пирах».

Варуна покровитель поэзии и поэтов, обязательных участников ритуальных «попоек». Его в гимнах называют «поэтом небес». Под предводительством Варуны поэт «хотел бы объехать трудности, как ямы», он восхваляет бога в гимнах и просит его: «Да не порвется нить у меня, ткущего произведение!»

Имеет смысл вспомнить, что легендарного певца Бояна (Вещего) в «Слове о полку Игореве» называют «Велесовым внуком», а еще один аналог Варуны - скандинавский бог Один (Водан) был покровителем поэтов и сам себя пригвоздил копьем к космическому древу, на котором висел девять дней, после чего испил священного меда поэзии и постиг руны - средоточие высшего знания. Отметим, что Велес (Никола) в русской традиции также, как скандинавский Один (Водан), связан с медом. Пчел на Руси называли «Николиной милостью», подразумевая под Николой Верховного Бога Неба, а так называемый «Медовый Спас» целиком и полностью связан с культом Николы (Волоса-Велеса).

В гимнах Ригведы с медом также связаны образы Неба и Бога Творца. Так в гимне «Ко Всем Богам» говорится:

«Мед (навевают) ветры благочестивому,
Мед струят реки,
Медовыми для нас да будут растения!
Медом пусть будет Небо - наш отец!»


Говоря о древнем боге ночи и вод Варуне, следует особо подчеркнуть, что он в паре с божеством дня и огня Митрой «несут три земли и три неба. Внутри у них - три обета при жертвоприношении... Они поддерживают три светлых небесных пространства»,

Абурейхан Бируни в X веке, говоря о верованиях индийцев, отмечал, что в их представлении «абстрактная материя находится посредине между материей и более высоким (миром) духовных и божественных идей: три первичные силы содержатся в абстрактной материи в потенции. Таким образом, абстрактная материя вместе со всем, что она в себе заключает, является как бы мостом, (идущим) с верха к низу.

Первая сила (Брахма, Праджапати) - природа в полном расцвете ее деятельности; созидание. Все, что возникает под действием второй силы называется Нараяна - природа в момент, когда ее деятельность достигает предела; сохранение. Все, что возникает, благодаря третьей силе, называется Махадева и Шанкара, но наиболее известное его наименование Рудра: разрушение. «Однако всему этому предшествовал только один источник и поэтому индийцы объединяют в нем три разряда существ, не различая один из них от другого. Этот (единый) источник они называют Вишну... Здесь они следуют тем же путем, что и христиане, поскольку последние отличают друг от друга имена (трех) лиц: Отца, Сына и Святого Духа, и (в тоже время) сущность их представляют единой». Здесь стоит заметить, что Созидание в русском народном сознании связано с весной (молодостью), сохранение с летом (зрелостью), а разрушение с зимой (старостью) смертью. Таким образом, в древности строилась модель года, состоящего из трех сезонов по четыре месяца в каждом: ноябрь-февраль - зима; март-июнь - весна; июль-октябрь - лето. Но Б. Я. Волчок говорит о наличии специфически индийской модели года, состоящей из трех четырехмесячий (чатур-масья). Такой трехсезонный год не встречается в сопредельных с Индией странах. В Ригведе олицетворением трех сезонов считаются три Рибху - боги покровители четырехмесячий. В «Шатапатхабрахмане», например, сообщается: жертвоприношения должны повторяться регулярно, каждые четыре месяца (чатурмасья) честь Индры (бога грозы), Савитри (божество света - женская ипостась живительной силы солнца, спасительница), Варуны (бога вод). Три ступицы «колеса времени», вероятно, символизировали три четырехмесячных сезона. Та же структура года отражена в мифологии: солнце и некоторые высшие боги характеризуются как «трехголовые» или «трехликие» существа. Варуна в этой системе выступает в качестве покровителя четырехмесячного сезона дождей. Но это в индийский период жизни арьев. А во время их пребывания на восточноевропейской приполярной прародине Варуна замыкал собою год. Он покровитель четырехмесячного сезона небесных вод (дождей и снегопадов), т.е. Дед Мороз. Варуна - Ночь, Зима, ночное звездное Небо, т.е. начало всех начал. С него начинаются и в нем покоятся все три ипостаси года и Времени вообще. Из этого же надо исходить, вероятно, объясняя имя славянского бога зимы Трояна (аналог Варуны, Рода, Велеса), а не только в связи с тремя фазами луны. Такой вывод подтверждается апокрифом (XII или XIII в.в.) «Хождение Богородицы по мукам», где говорится: «От камени ту устроя Трояна, Хорса, Велеса, Перуна», что может быть понятно, как «из того камня создали Трояна - Золотого Владыку Молний», что вполне соответствует образу общеиндоевропейского Владыки Вселенной Варуны. Средневековые авторы, говоря о поморских славянах, отмечали, что « важнейшим в Поморском крае богом был Триглав, истуканы которого находились в Штетине, Волыни и других местах... Это был идол с тремя головами на одном туловище. Золотая повязка закрывала очи и уста его. Он стоял на высшем из трех холмов, на которых построен город (Штетин - С. Ж.), в главном из четырех священных зданий. Подобно Святовиту Арконскому, Триглав был воин-наездник, одним из атрибутов его святилища был огромный вороной конь, который, как конь Святовита, считался столь священным, что никто не осмеливался сесть на него». Таким образом, еще раз подтверждается, что именно Варуна - Бог Зимы и прообраз Рода - Трояна - Велеса - Деда Мороза, которых полностью или частично заменил в христианский период св. Николай. Заметим, что именно Никола в северорусской традиции сочетает в себе все три лица Троицы. Так Б. А. Успенский отмечает, что в старинном заговоре «Господь, Богородица и Никола согласуются с глаголом в единственном числе!» И более того, даже в 1975 году экспедицией под руководством Н.И. Толстого в Полесье на вопрос «Кто такой Микола?» (относящийся к духовному стиху) был получен ответ: «Микола сам Господь был». В рукописях XVI - XVII в.в. иностранцы прямо называют Николу «Русским Богом». Причем под богом понимается не Иисус Христос, а именно Творец Всевышний.

Подавляющее большинство исследователей считает, что такие первопары божеств, как Варуна - Митра в древнеарийской традиции, или Ахура Мазда - Митра в древнеиранской, воплощали собой представления древних индоевропейцев о взаимоотношениях законов космоса и социальных законов человеческих коллективов. Действительно, если Варуна и Ахура Мазда (что значит

буквально «Господь Премудрый») воплощали ночное звездное небо, воды, Луну и космический закон, то Митра и в древнеиндийской и в древнеиранской традиции - бог дружбы, солнца, огня, договора, социальной организации общества. Но главенство Варуны и Ахура Мазды неоднократно подчеркивается древними текстами. Так в Авесте, священной книге древних иранцев, Митра, обращаясь к Ахура Мазде, называет его «небесным, святейшим, Творцом Мира Чистым». Варуну (и Ахура Мазлу) славят именно как Верховного Бога Вселенной. В то же самое время Ахура Мазда говорит о Митре: «Я сотворил его - столь же достойным почитания и поклонения, как я сам ». Здесь о Митре говорится как о Солнце - Творении Ахура Мазды. Вспомним, что в Ригвиде Варуна «торит дороги Солнца », что он «двуединым взмахом светило толкнул и раскинул землю», «сотворил путь широкий, по которому солнце движется в небе, и ему безногому (т. е. солнцу - С. Ж.) дал он ноги». Стоит обратить особое внимание, в связи с вышесказанным, на отмеченный А. С. Фаминцыным в его «Божествах древних славян» факт, что «по представлению русских поселян солнце есть огонь, поддерживаемый Дедом, под именем которого, следовательно, в данном случае следует понимать верховного небесного бога». Эти древнейшие изначальные мифологические представления древних индоевропейцев складывались именно на их приполярной восточноевропейской прародине, где длинная зимняя ночь, долгие холода и обилие снега давали все предпосылки к тому, чтобы изначальное божество воспринималось именно как Владыка ночи, снега, холода, полярного сияния - Варуна или Дед (Мороз).

Север

В связи с образом Деда Мороза и его историческими корнями для нас представляет исключительный интерес также и древнеиранский двойник Варуны - Ахура Мазда, чей образ, судя по текстам Авесты, сложился в древности в восточноевропейском Приполярье. Как и Варуна, Ахура Мазда (Господь премудрый) упорядочивает космос, борется против зла, хаоса, творит мир усилием мысли, он покровитель певцов и поэтов (жрецов) и Владыка Вод. Древние авестийские иранцы соединяли образ Бога - Творца (Ахуры Мазды) со священными водами реки Ардви или Ардвисуры Анахиты (что буквально значит «вода двойная могучая непорочная»), Вдревнеиранской мифологии Ардвисура - богиня воды и плодородия - стекает рекой с вершины первозданного кряжа в божественном царстве света. Этот первозданный кряж, с которого стекала священная река арьев, устремляясь к Молочному (Белому) морю или (как его называли древние иранцы) морю Воурокаша, что значит «имеющее удобные заливы», назывался горами Меру (индийская традиция) или Хара (иранская). О них говорилось, как о протянувшихся с запада на восток и разделяющих реки на текущие к северу, в Белое Молочное море, и текущие к югу, в теплое Каспийское море. Почти 150 лет вопрос о местонахождении этих гор оставался открытым. В 1986 году С.В. Жарниковой было доказано, что священные северные горы индоевропейцев, Меру и Хара индоиранцев, Рипейские и Гиперборейские горы древних греков и Алаунские горы Птолемея (II в. 1.э.) - это возвышенности севера Восточной Европы, состоящие из гор Кольского полуострова, гор Карелии, Северных Увалов и Приполярного субширот юга Урала. Причем главное место в этой дуге возвышенностей принадлежит именно Северным Увалам, которые древние арьи не случайно называли «первозданным кряжем в божественном царстве света». Выдающийся советский ученый Ю. А. Мещеряков называл Северные Увалы «аномалией Русской равнины» и, говоря о том, что более высокие возвышенности (Среднерусская, Приволжская) уступают им роль главного водораздельного рубежа, делал следующий вывод: «Среднерусская и Приволжская возвышенности возникали в новейшее (неоген - четвертичное) время, когда Северные Увалы уже существовали и были водоразделом бассейна северных и южных морей». И даже более того, во время каменноугольного периода, когда на месте будущих Уральских гор плескалось древнее море, «Северные Увалы уже были горами». Что касается «божественного царства света», в котором находился этот «первозданный кряж», то здесь уместно обратиться к текстам древнеиндийского эпоса Махабхарата. Здесь говорится о том, что на Суварна (на севере) «постоянно блещет асура Агни» (т.е. постоянно сияет огонь), что солнце встает здесь по полугодиям, а в целом север назван «Золотой страной» и «Прекрасноцветной». Академик Б. Л. Смирнов считал, что все это «является очень важным свидетельством знакомства древних индийцев с полярными странами». О любви к этому северному краю и памяти о нем свидетельствуют следующие строки эпоса:

«Над злом возвышается та страна, где вкушается блаженство.
Вознесена она силой, а потому Вознесенной зовется...
Это - вознесенного Золотого Ковша дорога;
Считается, что она посредине между востоком и западом...
В этом обширном северном крае...
Не живет человек, бесчувственный и беззаконный.
Здесь семь риши и богиня Арундеати;
Здесь находится созвездие Свати, здесь помнят о его величии;
Здесь нисходя к жертве, Полярную Звезду укрепил Великий Предок;
Здесь созвездия, луна и солнце постоянно обходят круги;
Здесь живут десять апсар по имени (Блиставицы) Возникновение Сияния;
Здесь зенит - Вишнупада, след, оставленный шагнувшим Вишну;
Через три мира шагая, он северный, вознесенной страны достигнул...
Северный край, лучший... за такие и другие свойства
«Вознесенным» слывет, ибо он возвышается во всех отношениях...»

Здесь Золотой Ковш или Семь Риши - созвездие Большой Медведицы; Арундхати и Свати - созвездия высоких северных широт - Кассиопея и Арктур из созвездия Возничего или Медуза из созвездия Персея; десять апсар или Блиставицы - Полярное сияние; Вишнупада - Северный Полюс. Академик Б. Л. Смирнов писал, в связи с этим текстом Махабхараты, что: «Большой исторический интерес для решения вопроса о родине арийцев представляют дальнейшие сообщения текста о том, что ближайшие к Полярной звезде созвездия описывают круги, центр которых - Полярная звезда. Пояс незаходящих созвездий указан определенно: Большая Медведица, Кассиопея и даже находящиеся на еще более низких градусах северной широты: созвездия Волопаса и, может быть, Персея. Эти созвездия не заходят за горизонт, то есть описывают круг, который можно проследить почти весь в течение одной ночи, особенно зимой, только в странах, расположенных не южнее приблизительно 55е-56° с.ш. Текст говорит об опасностях арктических путешествий и прямо указывает; как только человек проникает дальше на север, он погибает». Махабхарате вторит древнеиранская Авеста, родная сестра и ровесница Ригведы. Так в посвященном святой реке арьев Ардвисуре гимне (« Ардвисур-Яшт») звучит такая просьба:

«Даруй мне такую удачу,
Добрая, мощная Ардвисура Анахита,
Чтобы достиг я царственного Хварно,
Который среди Ворукаша сияет,
Который причастен арийским странам,
Нынешним и грядущим...»

Напомним, что в иранской традиции Ворукаша или Воурукаша, что значит «имеющее удобные заливы», называлось «Молочное» (Белое) море индоарьев. Именно в него впадает священная река Ардвисура, а «царственное Хварно» - это северное сияние, которое сверкает над Белым морем. В «Ардвисур-Яште» священная двойная река арьев воспевается такими словами:

«Молись великой, славной,
Величиной равной
Всем водам, взятым вместе,
Текущим по земле.
Молись текущей мощно
От высоты Хукарья
До моря Ворукаша.
Из края в край волнуется
Все море Ворукаша.
И волны в середине
Вздымаются, когда
Свои вливают воды,
В него впадая, Ардви
Всей тысячью протоков
И тысячью озер».

Выдающийся болгарский лингвист В. Георгиев писал: «Географические названия являются самым важным источником для определения этногенеза данной области. В отношении устойчивости эти названия неодинаковы: наиболее устойчивы названия рек, особенно более значительных». Он подчеркивал индоевропейское (а не финно-угорское) происхождение таких названий рек, как Двина, Истра, Уда, Вилия итд. Итак, название Двины возникло до рубежа IV - III тыс. до н. э., когда произошел распад индоевропейской общности на различные диалектные зоны. Заметим, что в начале XVI века Сигизмунд Герберштейн писал о том, что: «Область и река Двина получили имя Двины от слияния рек Юга и Сухоны, потому что Двина по-русски значит «два» или «по два», Аналогичные сведения сообщал еще один автор XVI века Александре Гванини в своем «Опис

Просмотров: 120 | Добавил: youblears | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Поиск
Календарь
«  Февраль 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz